Тонкости воспитания «кризисного» возраста

0
15

Одни родители считают, что это прекрасное время. Ребенок самостоятельный, многое умеет, но остается по-детски непосредственным и милым. Другие говорят, что такого количества проблем в поведении они просто не ожидали. Такие разные дети? Нет, скорее разные взрослые. Трудных моментов избежать не удается никому. Надо просто позитивно к ним относиться и быть готовыми к любой из возможных проблем.

Это бунт?

Взрослые обычно знают о кризисе трех лет и бывают рады, если он проходит не очень тяжело. «Нет-нет, никаких истерик. Бывают капризы, но мы легко справляемся. У нас особый подход к детям», − говорят родители гордо (потому что, конечно, относят такой успех на счет своих воспитательских талантов) и гладят своего послушного ребенка по голове. Но проходит полгода — год, и все кошмары, о которых предупреждали книги, статьи и уже пострадавшие родители, становятся реальностью. «Послушный» с криками «Никогда не приду домой!» носится по улице, сбивая прохожих, потом, будучи схваченным, заливается слезами и падает на асфальт. «Особый» подход не работает, приходится, вопреки убеждениям, выбирать методы самые примитивные. Что это такое? Кризис четырех для тех родителей, кто не прочувствовал кризис трех? Такое «специальное предложение»? Нет, на самом деле это и есть кризис трех лет. Просто он имеет довольно большой временной промежуток — как раз около года. В среднем же начинается в три с половиной у девочек и около четырех у мальчиков. Именно в это время дети остро чувствуют свою самостоятельность, независимость и стремятся убедить в этом взрослых. Ошибкой было бы всегда проявлять твердость и принципиальность. Строгость, конечно, может облегчить ситуацию, но только на данном этапе. А ведь именно в ходе этого кризиса ребенок учится добиваться своих целей, проверяет окружающих людей и себя на прочность. Позвольте ему убедиться в своих силах, дайте почувствовать уверенность и силу. Конечно, не стоит уступать всегда или в зависимости от степени угроз. Но предоставляйте больше свободы в ситуациях, когда выбор ребенка не опасен и не вреден, советуйтесь, откажитесь от позиции «ты упрям, но я упрямее». И будьте спокойны во время его эмоциональных всплесков. Они — своего рода психологический тренинг. Не случайно ребенок после скандала бывает таким спокойным и довольным: «О, как я, оказывается, могу!»

Что бы такого сделать плохого…

Картина пятно на стене прикрывает. Это Таня краски пробовала. Занавески еще недавно были длинными — пришлось подровнять. И обои местами отличаются. Вот уж когда все оборвет, тогда и новые поклеим. Интересно, если ребенка оставить одного в доме и сказать: «Делай, что хочешь» — за какое время он все разгромит? Скорее всего, в таком случае он как раз будет сидеть спокойно, мультфильмы смотреть. Стремление ломать, портить заметно снижается, если становится делом обыкновенным и приемлемым. Разрушение — способ познания окружающего мира. Такой же, как созидание. Но созиданию мы уделяем много внимания. Строим с ребенком домик, рисуем картинку, составляем слова из букв и причесываем куклу. А вот стремлению узнать о свойствах предметов с помощью разрушения все время препятствуем. Дети просто вынуждены отрезать, отрывать, выбрасывать и пачкать тайно. Однако не всегда стремление что-то портить является просто удовлетворением любопытства. Иногда это проявление агрессивности. Ребенок испытывает давление со стороны взрослых, но не может никак это изменить и вымещает недовольство на посторонних предметах. Понять это можно по тонкостям «почерка». Любопытный ребенок подрежет кукле волосы ножницами, агрессивный, скорее, будет отрывать. В общем, случаи «вредительства» надо анализировать. Чем быстрее мы поймем, что они выражают, тем легче исправим эту проблему.

Никакого воспитания

Говорим-говорим, как надо себя вести, и все безрезультатно. Что, так трудно запомнить, когда надо сказать «спасибо», «пожалуйста» и «здравствуйте»? Вот сосед на год младше, а извиниться может на четырех языках. Приятно послушать, хоть и непонятно…

Совсем маленькие дети невосприимчивы к правилам поведения в обществе просто потому, что не видят в этом смысла. Зная, что такое «прилично», они могут легко об этом забыть. Для того чтобы осознать значение вежливости, ребенок должен достичь некоторого уровня самостоятельности. Вот когда будет знать, что никто другой за него не поздоровается, тогда и будет делать это без напоминания. Правда, есть дети, которые и в пять, и даже в шесть лет не очень вежливы. Не могут выразить сочувствие, не делают комплименты, неохотно отвечают на вопросы даже хорошо знакомых людей. Знают, зачем все это нужно, но не могут в силу стеснительности и неуверенности. Для них любая ситуация, где приходится обращать на себя внимание, очень тяжела. Они даже внешне меняются, когда, например, на улице видят мамину знакомую. Сразу крепче держатся за руку, отходят чуть за спину, слегка наклоняют голову. Готовятся к вопросам «А кто это такой большой?», «А ты меня, наверное, не помнишь?», «А почему ты такой скромный?» Что может ответить ребенок? Что таковы у него особенности нервной системы и склад характера, что изменить это сложно и что, как будет постарше, сразу научится эффективному общению. А пока настаивать на том, чтобы здоровался без напоминаний, наверное, не надо. Можно и с напоминаниями. Иначе стеснительность превратится в социальную тревожность. Вот тогда общение будет настоящей проблемой.